Strait Of Hormuz

---

SITUATIONAL SUMMARY

По состоянию на 12 июля 2026 года ситуация в Ормузском проливе — стратегически важном водном пути, через который до начала войны проходило около пятой части мирового экспорта нефти и сжиженного природного газа — достигла критической точки эскалации. США провели третий за неделю раунд авиаударов по Ирану после того, как Корпус стражей исламской революции (КСИР) атаковал кипрское контейнерное судно M/V GFS Galaxy, следовавшее через пролив. Судно получило серьёзные повреждения двигательного отсека, на борту вспыхнул пожар, экипаж был вынужден покинуть судно на спасательных шлюпках, один член экипажа числится пропавшим без вести.

Ключевые игроки и их позиции:

*Соединённые Штаты.* Центральное командование США (CENTCOM) подтвердило, что удары начались в 19:15 по восточному времени в субботу по прямому приказу президента Трампа и были направлены против иранских радарных систем, хранилищ ракет и беспилотников, а также пусковых установок вдоль побережья Ормузского пролива — в районах Бендер-Аббас, Сирик, Бушер, Асалуйе и Чабахар. Министр обороны Пит Хегсет лаконично прокомментировал удары в социальных сетях: «Иран сделал плохой выбор. Теперь они платят». Вашингтон настаивает на том, что Тегеран должен публично заявить о прекращении атак на суда в проливе и обеспечить свободное судоходство по всем маршрутам без каких-либо сборов.

*Иран.* КСИР заявил, что несколько судов «проигнорировали предупреждения и инструкции скорректировать курс и следовать по утверждённому маршруту», и объявил Ормузский пролив закрытым «до дальнейшего уведомления» — «до прекращения американского вмешательства в регион». Тегеран предупредил, что любые ответные действия встретят «жёсткий ответ» и что в случае продолжения ударов могут быть атакованы «дополнительные вражеские базы в регионе». Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи обвинил США в нарушении соглашения о прекращении огня. Примечательно, что КСИР также заявил об уничтожении командного пункта и ангаров с беспилотниками MQ-9 на иорданской авиабазе Принца Хасана — хотя эти утверждения не получили независимого подтверждения.

*Страны Персидского залива.* ОАЭ предупредили население о ракетно-дроновой атаке, сообщив, что системы ПВО перехватывают угрозы. Катар заявил о перехвате иранской ракеты — примечательно, что именно Катар одновременно выступает посредником в переговорах. В Бахрейне, где базируется 5-й флот ВМС США, прозвучали сирены воздушной тревоги. Иордания, союзник США, подверглась удару по авиабазе.

Контекст конфликта:

Война началась 28 февраля 2026 года совместными американо-израильскими ударами, в ходе которых был убит верховный лидер Ирана Али Хаменеи. Новый верховный лидер поклялся отомстить за гибель отца. Конфликт вступил в фазу затяжного противостояния: ни одна из сторон не способна нанести решающий удар, но и не готова принять условия другой. Временное соглашение о прекращении огня, достигнутое ранее, фактически разрушено — Трамп официально объявил о его окончании, хотя и оставил дверь для переговоров открытой. Закрытие пролива спровоцировало глобальный энергетический кризис: нефтяные цены в разгар войны достигали 120 долларов за баррель, хотя с тех пор несколько снизились.

Ключевое противоречие: Иран настаивает на праве регулировать судоходство через пролив, требуя использования «утверждённых маршрутов». США и международное сообщество настаивают на принципе свободы судоходства в международных водах. Именно этот вопрос стал главным препятствием для достижения окончательного соглашения.

Дипломатический фон: Накануне эскалации, в субботу, министры иностранных дел Ирана и Омана встретились в Маскате для обсуждения ситуации в проливе. Оман предложил схему возобновления судоходства, однако Иран взял её на внутреннее рассмотрение и не утвердил. Катарские переговорщики также контактировали с Тегераном, стремясь снизить напряжённость.

Различия в подаче материала: Западные источники (AP через baytoday.ca, Times of Israel, Al-Monitor/Reuters) акцентируют внимание на нарушении Ираном принципа свободы судоходства и угрозе глобальным энергопоставкам. Индийские источники (India Today, Indian Express) освещают события нейтрально, с упором на экономические последствия для Индии как крупного импортёра нефти. Малаяльский источник (Manorama Online) делает акцент на военно-технической мощи США — F-16 с дозаправкой в воздухе — в контексте, понятном читателям, озабоченным региональной безопасностью. Иранская государственная позиция, транслируемая через IRNA и Press TV (упомянутые в статьях), представляет атаку на судно как законное правоприменение в собственных территориальных водах. Следует учитывать, что заявления КСИР об уничтожении иорданской базы исходят исключительно от иранских государственных СМИ и требуют независимой верификации.

---

HISTORICAL PARALLELS

Parallel 1: Танкерная война в Персидском заливе (1984–1988)

В период ирано-иракской войны обе стороны систематически атаковали нефтяные танкеры в Персидском заливе, стремясь подорвать экономику противника. Иран атаковал суда, направлявшиеся в иракские порты или порты союзников Ирака — Кувейта и Саудовской Аравии. В ответ США в 1987–1988 годах провели операцию «Серьёзная воля» (Earnest Will) — крупнейшую конвойную операцию со времён Второй мировой войны: американские военные корабли сопровождали кувейтские танкеры, перефлагированные под американский флаг. В апреле 1988 года, после подрыва американского фрегата USS Samuel B. Roberts на иранской мине, США провели операцию «Богомол» (Praying Mantis) — масштабный удар по иранским военно-морским объектам, уничтоживший значительную часть иранского флота за один день.

Параллели с текущей ситуацией: Логика происходящего практически идентична: Иран использует контроль над судоходством как инструмент давления, США отвечают ударами по иранской военной инфраструктуре, стремясь деградировать способность Тегерана атаковать коммерческие суда. Заявление CENTCOM о том, что цель ударов — «деградировать способность Ирана атаковать гражданских моряков», почти дословно воспроизводит риторику операции «Богомол». Тогда, как и сейчас, Иран прибегал к тактике «предупредительных выстрелов» и апеллировал к нарушению установленных им правил судоходства.

Чем ситуация отличается: В 1988 году конфликт был ограничен рамками ирано-иракской войны; сейчас речь идёт о прямом американо-иранском военном противостоянии, начавшемся в феврале 2026 года. Тогда США действовали как третья сторона, защищающая нейтральное судоходство; сейчас они являются непосредственным воюющим. Кроме того, операция «Богомол» завершилась относительно быстро и привела к де-факто иранскому отступлению на море — нынешняя ситуация значительно сложнее из-за ядерного измерения и смены верховного руководства Ирана.

Parallel 2: Берлинский кризис и воздушный мост (1948–1949)

Советский Союз в июне 1948 года заблокировал все наземные пути в Западный Берлин, стремясь принудить западные державы к уступкам. США и Великобритания ответили масштабным воздушным мостом, снабжая город по воздуху на протяжении почти года. Ключевым элементом стратегии Запада было создание альтернативного маршрута снабжения, делавшего блокаду неэффективной, — что в конечном счёте вынудило СССР снять её в мае 1949 года без каких-либо политических уступок со стороны Запада.

Параллели с текущей ситуацией: Иран, подобно СССР в 1948 году, использует контроль над критически важным коридором как инструмент геополитического давления. США, как и тогда, пытаются создать альтернативные маршруты — в данном случае, прижимаясь к оманскому побережью, чтобы обойти иранские территориальные воды. Британский центр UKMTO подтверждает, что именно этот маршрут вдоль берегов Омана использовался атакованным судном. Иран, в свою очередь, обвиняет США в давлении на Оман с целью открытия «незаконного маршрута» — что структурно воспроизводит советские обвинения в нарушении соглашений о доступе в Берлин.

Чем ситуация отличается: Берлинский кризис разрешился без единого выстрела — стороны избегали прямого вооружённого столкновения. Нынешний конфликт уже вышел далеко за рамки дипломатического противостояния: идут реальные боевые действия с жертвами. Кроме того, Берлинский кризис завершился советским отступлением отчасти потому, что блокада оказалась неэффективной экономически. Закрытие Ормузского пролива, напротив, наносит реальный экономический ущерб — что даёт Ирану стимул удерживать эту позицию дольше.

---

SCENARIO ANALYSIS

MOST LIKELY: Управляемая эскалация с частичным возобновлением судоходства

Наиболее вероятный сценарий — продолжение цикла ограниченных военных обменов при сохранении дипломатических каналов через Оман и Катар, с постепенным достижением негласного modus vivendi по вопросу судоходства. США продолжат деградировать иранскую военно-морскую инфраструктуру точечными ударами, не стремясь к полному уничтожению иранского военного потенциала. Иран, в свою очередь, будет периодически атаковать суда и угрожать расширением конфликта, но избегать действий, которые могут спровоцировать качественно иной ответ — например, удары по ядерным объектам или полномасштабное наземное вторжение. Исторический прецедент операции «Богомол» 1988 года показывает, что концентрированное применение американской военно-морской и воздушной мощи способно принудить Иран к де-факто отступлению на море без формальной капитуляции. Оманский посреднический канал, подтверждённый встречей министров иностранных дел в Маскате накануне эскалации, остаётся наиболее реалистичным путём к договорённости о «безопасных коридорах».

Ключевым ограничителем для Ирана является экономический фактор: страна, и без того ослабленная войной и санкциями, не может бесконечно поддерживать закрытие пролива, лишая себя доходов от транзита и провоцируя дальнейшие удары по инфраструктуре. Для Трампа, которому предстоят ноябрьские выборы в Конгресс, высокие цены на бензин — политически токсичная проблема, что создаёт стимул к скорейшему урегулированию. Именно это сочетание взаимных ограничений делает сценарий переговорного выхода наиболее вероятным.

KEY CLAIM: В течение 60 дней Иран и США при посредничестве Омана достигнут негласной договорённости о возобновлении коммерческого судоходства через Ормузский пролив по маршруту вдоль оманского побережья в обмен на временное прекращение американских ударов по иранским прибрежным объектам — без формального признания иранского суверенитета над проливом ни одной из сторон.

FORECAST HORIZON: Краткосрочный (1–3 месяца)

KEY INDICATORS: (1) Возобновление прямых или косвенных переговоров между иранскими и американскими официальными лицами при омано-катарском посредничестве — конкретным сигналом станет публичное заявление Арагчи или Хегсета о «технических переговорах» по безопасности судоходства. (2) Снижение частоты американских авиаударов по иранским прибрежным объектам при одновременном прохождении нескольких коммерческих судов через пролив без инцидентов в течение 48–72 часов подряд.

---

WILDCARD: Региональная война с вовлечением Саудовской Аравии и прямым ударом по израильской территории

Менее вероятный, но катастрофический по последствиям сценарий — срыв дипломатии и качественный скачок эскалации. Иран уже атаковал ОАЭ, Катар, Бахрейн и Иорданию. Следующим логическим шагом в иранской эскалационной лестнице является удар по Саудовской Аравии — крупнейшему нефтяному экспортёру мира — и/или по израильской территории, что Тегеран прямо обозначил как возможный вариант. Новый верховный лидер Ирана, поклявшийся отомстить за гибель отца, находится под внутриполитическим давлением, требующим демонстрации решимости. Удар по саудовской нефтяной инфраструктуре — например, по объектам Абкайк, уже атаковавшимся в 2019 году, — или по израильским городам мог бы втянуть в конфликт новых участников и сделать любое дипломатическое урегулирование практически невозможным в краткосрочной перспективе.

Этот сценарий напоминает динамику Первой мировой войны, когда цепочка союзнических обязательств превратила региональный конфликт в глобальную катастрофу. Атаки на Бахрейн (5-й флот США), Катар (база Эль-Удейд — крупнейшая американская авиабаза на Ближнем Востоке) и Иорданию уже создают прецедент расширения географии конфликта. Если Иран нанесёт удар по Израилю, Израиль, вероятно, ответит ударами по иранским ядерным объектам — что может спровоцировать ответный удар по саудовской нефтяной инфраструктуре и обрушить мировые рынки.

KEY CLAIM: В течение 30 дней Иран нанесёт баллистический ракетный удар по территории Израиля или по ключевому нефтяному объекту Саудовской Аравии, что вынудит Эр-Рияд официально запросить американские гарантии безопасности и приведёт к скачку нефтяных цен выше 130 долларов за баррель.

FORECAST HORIZON: Краткосрочный (1–3 месяца)

KEY INDICATORS: (1) Публичное заявление нового верховного лидера Ирана с конкретными угрозами в адрес Израиля или Саудовской Аравии — выходящее за рамки общих деклараций о мести — в сочетании с разведывательными данными о перемещении иранских баллистических ракет большой дальности. (2) Экстренные консультации Израиля с США о превентивных ударах по иранским ядерным объектам или официальный запрос Саудовской Аравии о размещении американских систем ПВО THAAD на своей территории.

---

KEY TAKEAWAY

Ормузский кризис — это не просто военное противостояние, а структурный тупик: США требуют свободного судоходства как предварительного условия любых переговоров, тогда как Иран рассматривает контроль над проливом как единственный реальный козырь в переговорах о прекращении войны, начатой американо-израильскими ударами. Дипломатия не прекратилась — встреча Арагчи с оманским коллегой состоялась буквально накануне последней эскалации, — однако военные действия и переговоры идут параллельно, а не последовательно, что делает случайную эскалацию постоянной угрозой. Наиболее недооценённый фактор ситуации — внутриполитическое давление с обеих сторон: Трамп не может позволить себе высокие цены на бензин перед ноябрьскими выборами, а новый иранский верховный лидер не может позволить себе выглядеть слабым после гибели отца — и именно это взаимное давление одновременно подталкивает стороны к эскалации и создаёт стимулы для скорейшего выхода из кризиса.